Гештальт-терапия – это искусство контакта: контакта с собой и контакта с миром. Гештальт-подход является частью гуманистической ветки в психотерапии наряду с другими направлениями, например такими как клиент-центрированная терапия, эмоционально-фокусированная терапия и экзистенциальный подход.

Контакт – центральная ценность и ключевое понятие в гештальте. Речь может идти о контакте как об удовлетворении человеком его потребности (то есть контакт с окружающей средой), как о встрече между людьми либо как о контакте с самим собой. Контакт с собой происходит в терапии через замедление, осознанность и отзеркаливание клиента терапевтом. Контакт же с миром и с другими людьми налаживается в терапии путем осознавания того, как клиент строит контакт сегодня (часто проигрывая этот способ и с самим терапевтом) и путем поиска в рамках терапии новых способов взаимодействия: более эффективных и более экологичных.

Маркером существующих потребностей в гештальт-терапии являются эмоции, именно потому им уделяется важное место. Например, злость может говорить говорить о потребности защитить свои границы, отвращение - о том, что происходит что-то токсичное, а тревога может сопутствовать подавленному возбуждению. "Топливом" для возможности установить контакт является агрессия в своем первичном значении слова, то есть «движение к» объекту или человеку, с которым контакт желаем.


Для структурирования взаимодействия между человеком и средой в гештальте используется понятие цикла контакта, которое включает такие этапы как:

• Преконтакт (ориентировка и прислушивание к себе в поиске потребности или импульса)
• Контактирование (сканирование среды в поисках того с кем или с чем хочется эту потребность удовлетворить)
• Контакт (состояние полноценного соприкосновения с источником удовлетворения потребности)
• Постконтакт (переваривание случившегося опыта с извлечением питательной ценности для себя)

Цикл контакта хорошо иллюстрирует метафора еды: осознавание голода, поиск подходящей пищи, поглощение и присвоение энергии и нутриентов из съеденного.

Исходя из ценности контакта теория гештальт-терапии содержит и ряд способов прерывания контакта, которые можно замечать во взаимодействии с клиентом и которые могут быть трансформированы с целью достижения контакта и удовлетворения потребностей клиента. Такими формами прерывания контакта являются:

• Интроекция (заглатывание чужих идей о себе и мире)
• Проекция (навешивание своих процессов на другого)
• Дефлексия (ускользание из контакта чуть соприкоснувшись)
• Профлексия (давание другим то, что хочется себе)
• Ретрофлексия (заворачивание чувств и интенций внутрь себя)
• Эготизм (неспособность впустить опыт контакта внутрь себя, ненасыщение)
• Обесценивание случившегося опыта

Каждое из этих прерываний заметно в ходе терапии и может быть замечено и трансформировано в присутствии терапевта.

Я переживаю гештальт-терапию больше творчеством, чем ремеслом. И тем не менее гештальт-терапевт опирается на ценности, маркеры и принципы, на основании которых можно творить, а точнее со-творять контакт вместе с клиентом.

Основным инструментом ГТ является осознавание: своих эмоций, ощущений, мыслей, ситуации вокруг и своих интенций в связи с ней. Гештальт-терапевт стремится расширять зону осознавания клиента, делясь своими наблюдениями и задавая вопросы, которые помогают клиенту замечать феномены внутри и вне себя.

Важным принципом работы является фокус на происходящее здесь и сейчас вместо анализа прошлого или фантазий о будущем. Здесь и сейчас - единственная реальность, единственное место, в котором можно жить и единственный способ контактировать со средой или с другим. Гештальт-терапевт в работе зачастую переводит фокус внимания клиента на текущий момент из размышлений о прошлом или будущем. Это не значит что мы не вспоминаем и не мечтаем, но мы делаем это с опорой на текущий момент, а не "живя" в прошлом или будущем. Например, проживание травматичного опыта очевидно задействует воспоминания о прошлом, но проживание (переваривание) этого прошлого происходит все таки в здесь и сейчас.

Вторым важным принципом работы является опора на эмоции клиента, а также эмоции терапевта в контакте с клиентом. Гештальт-терапевт может анализировать анамнез клиента, проводить диагностику и создавать терапевтическое видение на их основе, но все же в большей степени он опирается на свой эмоциональный отклик и на чувствование клиента в контакте, и строит терапевтические интервенции на их основе. Для того, чтобы эмоции рождались, терапевту важно искренне присутствовать в контакте с клиентом и такой присутственный контакт целителен сам по себе.

Гештальт-терапия значительным образом опирается также на тело. Одним из основных методологических принципов гештальта является внимание к феноменам клиента и терапевта, которые могут включать в том числе телесные феномены: боль, движения, характер дыхания, мимика и т д. Кроме того метафора телесного процесса (будь-то поглощения пищи или отталкивание от опоры с целью захватить желаемое) является важным компонентов процесса осмысления процесса клиента. Именно в телесных проявлениях клиента часто скрыт ключ к пониманию и трансформации психического процесса.

Важной частью теории и методологии гештальт-терапии является теория селф - как понимание модели личности с тремя составляющими процессами:

• ИД (эмоции, желания, телесные ощущения)
• ПЕРСОНЕЛИТИ (мысли, концепции, образы) и
• ЭГО (способность совершать выбор опираясь на 2 других процесса)

Одним из принципов работы гештальт-терапевта является попеременное смещения внимания с одного процесса на другой, что обеспечивает возрастание энергии у клиента, создает для него более целостный опыт переживания себя, а также способствует большей текучести психического процесса.

Подобным образом гештальт-терапевт также практикует постоянное челночное движение между фокусом на фигуре (актуальной потребности клиента) и фоном (контекстом который придает фигуре смысл и содержит ключи к пониманию и трансформации симптомов). Такой принцип работы позволяет понять симптом клиента более точно, увидеть его глубинные причины, а также пересечения с другими процессами психического процесса.

Важнейшим принципом гештальт-терапии является теория поля Курта Левина. В этом контексте гештальтисты рассматривают селф как функцию поля. Это означает, что психический процесс человека и потребности человека формируются исключительно в контакте со средой и с другим и меняются при изменении среды и другого. Такой взгляд влияет и на формирование динамического видения личности с ее нарцисическим, невротическим и шизоидным процессом, которые рассматриваются в гештальте как динамические процессы, а не как ригидные части личности или ее стабильные характеристики (за исключением расстройств личности).

Гештальт-терапия также является холистическим подходом, который смотрит на картинку жизни клиента целостно. Это выражается в описанных выше фокусах на теле, эмоциях и мыслях, в челночном движении между фигурой и фоном, в разрешении симптомов через фон и в рассмотрение психики как феномена принадлежащего полю. Целостность гештальта также проявляется в задаче подсвечивать для клиента его отщепленные теневые части и поддерживать его в их присвоении, а также в интеграции различных, иногда противоречивых частей себя в единое целостное переживание своего я.

Более того, само слово гештальт в переводе означает "цельность", "законченный образ". Эта концепция находит свое отображение в ходе терапии в двух ракурсах:

• С одной стороны, часть внимание в терапии уделяется тому чтобы "закрыть незаконченные гештальты", то есть закончить ситуации, которые преждевременно свернулись и в которых осталась недопрожитая энергия. Другими словами одна из задач терапии состоит в том чтобы довести неоконченные процессы до их целостности
• С другой стороны, исцеление клиента происходит о целостный образ (гештальт) личности терапевта

Важным принципом гештальт-терапии является признание и принятие того, что есть. Это происходит в процессе осознавания и исследования фона. После этого клиенту часто хочется сразу менять себя или среду, тогда как в гештальт-терапии он сталкивается в предложением терапевта не проскакивать сразу в агрессию, а наоборот замедлиться и позволить быть тому, что есть сейчас, не оценивая рационально и не вынашивая планов по изменениям, но осознавая свои чувства в моменте и в контакте с терапевтом. Этот этап важен как для общего психического благополучия клиента, так и собственно для изменений, который могут случиться позже. В этой надежде гештальт-терапия опирается на парадоксальную теорию изменений Бейсера, суть которой состоит в том, что невозможно что-то изменить, не приняв того, что есть сейчас.

Принятие относится и к симптомам, с которыми клиент зачастую приходит в терапию, чтобы с ними расправиться. Будь-то деструктивное поведение, некомфортные эмоции, проблемы в отношениях или телесное проявление. Вместо того, чтобы приступать к починке человека, гештальт-терапевт скорее акцентирует на том, что любой симптом - это форма творческого приспособления к ситуации, таким образом переводя его из категории "плохого и лишнего" в категорию "успешного, но не актуального в текущей ситуации". Таким образом гештальт-терапевт поддерживает принятие клиентом себя таким, как есть, при этом помогая осознавать новую ситуацию, новые способности клиента и искать вместе с ним более адекватные способы творческого приспособления.

Важным принципом гештальт-терапии является ответственность: как за то, что будет происходить в жизни (и в терапии в том числе), так и за то, что уже сложилось на данный момент. При этом понимание ответственность в гештальте - далеко от понятия вины. Ответственность рассматривается как способность индивида создавать ответ стимулирующей его среде. Большой частью гештальт-терапии является присвоение человеком себе того, что он считал не своим, а пришедшим извне - то в каких он находится отношениях, то какие он смотрит сны, то что он помнит, то что он ощущает. Безусловно есть граница ответственности, в ряде контекстов, что-то и правда приходит в жизнь человека извне и это тоже важно признать. При этом в терапевтической работе уместно найти те зоны жизни человека, в которых он таки способен создавать свой ответ среде, присвоит себе эту силу и это право и выбрать какой именно ответ и в какой именно форме он хочет дать, беря таким образом на себя ответственность за свою жизнь.

Гештальт-терапия спонтанна. То, что происходит в сессии рождается прямо в сессии. Даже если между сессиями терапевт обдумывает ситуацию клиента и размышляет над стратегией работы. Подобные раздумывание важны, но скорее для разогревания интереса к контакту и для повышения энергии терапевта в отношении клиента. Содержание же сессии, темы беседы, интервенции терапевта все равно будут рождаться в непосредственном контакте путем того, что терапевт следует за своими чувствами и интересом, а не за схемами и инструкциями. Для усиления спонтанности гештальт-терапевт часто использует эксперименты, что подразумевает любые формы деятельности из категории "а что если?". Эксперименты могут быть разговорами с воображаемым человеком на стуле, движения тела, ролевая игра с терапевтом и так далее. Задача эксперимента - погрузится в труднодоступное состояние, открыть новые аспекты себя, высвободить чувства, увидеть что-то яснее.

Важной особенностью гештальт-терапии является внесение личности терапевта в саму терапию. Безусловно работа центрируется вокруг клиента, но гештальт-терапевт не "прозрачен" и не формален, вместо этого гештальт-терапевт реагирует на клиента изнутри своей личности, своими искренними человеческими эмоциями и это также само по себе целительно. Не все чувства терапевта вносятся в контакт, но все, что появляется внутри терапевта по отношению к клиенту считается важным элементом терапии, который так или иначе стоит учитывать. Не в последнюю очередь этот принцип работы опирается на понимание - что терапия - это часть жизни клиента и то, как клиент живет вне терапии, то же он вносит и в саму терапию, а потому динамика процесса и реакции терапевта в контакте имеют прямое отношение ко всей жизни клиента.

При этом внося себя и свои реакции в контакт терапевт соблюдает баланс фрустрации и поддержки, таким образом давая тепло при отказе играть в неподходящие терапевту игры клиента и помня о потребности отпустить окрепшего клиента, давая ему принятие и заботу.

Спусковым механизмом трансформации в гештальте считается новый опыт, создаваемый прямо на сессии. Новый опыт строится на осознаваниях и пересмотре убуждений, но самое главное - на переживании себя увиденным, принятым, и поддержанным в присутственном контакте с другим человеком. Новый опыт пережитый в рамках терапии способен выступить опорой для реорганизации остальной жизни клиента после сессии.

Проживание непрожитых чувств в безопасной среде присутственного контакта с терапевтом высвобождает большой объем законсервированной витальности в человеке, а также снимает неосознаваемое напряжение от непрожитых чувств, которое зачастую делает контакт непрямым и из-за этого деструктивным. Поэтому создание условий для процесса такого переживание также центральная задача гештальт-терапевта.

Гештальт-терапия эгалитарна. Гештальт-терапевт предстает перед клиентом не экспертом (несмотря на все навыки и опыт), а человеком, с которым можно контактировать на равных и на опыте этого контакта что-то осознавать и меняться. Соответственно власть в терапии разделена между клиентом и терапевтом, они строят отношения на равных. Питер Филипсон называет это двухвластной терапией, в отличие от одновластной, где власть либо всецело у терапевта, который ставит диагноз и говорит как дальше жить либо всецело у клиента, который приходит за безусловным принятием и потаканием.

Наконец, гештальт-терапия акцентирует внимание на трансформации, на том, что нового происходит в момент контакта, как иначе начинает жить человек. Фокус на замечании новизны позволяет не только создавать новый опыт, но и присваивать его, что является необходимым условием развития и расцвета витальности у клиента.